Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция»




НазваниеУчебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция»
страница15/61
Дата публикации25.07.2013
Размер8.31 Mb.
ТипУчебник
www.vbibl.ru > Право > Учебник
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   61
§ 2. Международный договор — основной источник международного права1

^ Международный договор определяется Венской конвенцией о праве международных договоров как «международное согла­шение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также неза­висимо от его конкретного наименования» (имеется в виду практика использования таких наименований, как «договор», «конвенция», «соглашение» «протокол», «устав» и т. д., при этом учитывается значение термина «договор» как родового по­нятия для всех нормативных актов в договорной форме). Ана­логичное определение международного договора дано в Вен-

См. также гл. 12 настоящего учебника.

112

Глава 5. Источники международного права

ской конвенции о праве договоров между государствами и меж­дународными организациями или между международными организациями (естественно, с учетом своеобразия сторон в та­ких договорах).

Венская конвенция о праве международных договоров пре-зюмирует возможность заключения договоров между государст­вами и другими субъектами международного права или только между другими субъектами международного права, из чего сле­дует, что сторонами международных договоров могут быть не только государства и международные организации. Тот факт, что эти договоры не входят в сферу применения данной Кон­венции, не затрагивает их юридической силы.

Конвенция не исключает возможности заключения между­народных соглашений «не в письменной форме», т. е. устных (так называемых джентльменских) соглашений, но они, скорее, относятся к былым временам, чем к современности.

Международный договор может, как это и предусмотрено в Конвенции, представлять собой не один, а несколько взаимо­связанных документов. Нередко к основному договору дается дополнение в виде протокола или приложений, которые расце­ниваются как его составные части.

Известны случаи заключения комплекса договоров, каждый из которых считается самостоятельным источником междуна­родного права, но их толкование и реализация предполагают согласованное действие.

Интересен в этом плане пример заключения Договора меж­ду СССР и США о ликвидации их ракет средней дальности и меньшей дальности от 8 декабря 1987 г. Одновременно с До­говором были приняты в качестве приложений к нему мемо­рандум и два протокола. В дальнейшем были подписаны три соглашения между СССР и США, конкретизирующие отдель­ные положения Договора, и 13 «сопутствующих» соглашений, в которых одной из сторон являлись либо СССР, либо США, а их контрагентами выступали иные государства, на террито­рии которых в то время были размещены подлежащие ликви­дации ракеты.

Своеобразным комплексом можно считать договорные акты по морскому праву — Конвенцию ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г., Соглашение об осуществлении части XI данной Конвенции от 29 июля 1994 г. и Соглашение об осуще­ствлении положений этой Конвенции, которые касаются со-

§ 2. Международный договор как источник международного права 113

хранения трансграничных рыбных запасов и запасов далеко мигрирующих рыб и управления ими, от 4 декабря 1995 г.

Международный договор характеризуется как основной ис­точник международного права благодаря трем обстоятельствам. Во-первых, договорная форма позволяет достаточно четко сформулировать правомочия и обязательства сторон, что благо­приятствует толкованию и применению договорных норм. Во-вторых, договорным регулированием охвачены ныне все без ис­ключения области международных отношений, государства по­следовательно заменяют обычаи договорами. В-третьих, догово­ры наилучшим образом обеспечивают согласование и взаимо­действие международных норм и норм внутригосударственного законодательства. Вполне закономерно государства, заключая Венскую конвенцию о праве международных договоров, при­знали «все возрастающее значение договоров как источника ме­ждународного права и как средства развития мирного сотрудни­чества между нациями, независимо от различий в их государст­венном и общественном строе».

Особое значение приобрели общие многосторонние догово­ры, призванные регулировать отношения, которые представля­ют интерес для международного сообщества государств в це­лом. Подлинная эффективность таких договоров обусловлена закреплением права участия в них всех государств без какой бы то ни было дискриминации и обеспечением реальной универ­сальности таких договоров.

Известны энергичные усилия нашего государства в сотруд­ничестве со многими государствами по расширению круга уча­стников Договора о нераспространении ядерного оружия. Не­которые государства уклоняются от участия в Международных пактах о правах человека, несмотря на призывы к достижению их подлинной универсальности.

Для Российской Федерации вопрос о договорах как источ­никах международного права в современной ситуации имеет специфический характер, поскольку после прекращения суще­ствования СССР термином «международные договоры Россий­ской Федерации» охватывают три категории договоров: 1) догово­ры, заключенные непосредственно Российской Федерацией как самостоятельным субъектом международного права; 2) догово­ры, заключенные Союзом ССР, вступившие в силу в период существования СССР и воспринятые Российской Федерацией в порядке правопреемства (большинство действующих договоров

114

^ Глава 5. Источники международного права

§ 4. Акты международных конференций

115
относится к этой группе); 3) договоры, подписанные от имени СССР, но не вступившие в свое время в силу ввиду незавер­шенности предусмотренной для этого процедуры и ратифици­руемые уже от имени Российской Федерации1.

§ 3. Международный обычай

Характеристика этого источника международного права да­на в упомянутой выше ст. 38 Статута Международного Суда ^ ООН: международный обычай — «доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы».

Обычай приобретает юридическое значение в результате од­нородных или идентичных действий государств и определен­ным образом выраженного ими намерения придать таким дей­ствиям нормативное значение. Длительная повторяемость, т. е. устойчивая практика, — это традиционное основание призна­ния обычая как источника права (таково, например, становле­ние в качестве источника обычая в отношении исторических заливов государств). Однако возможно рождение обычая в ка­честве источника права в короткий промежуток времени (так случилось с почти мгновенным признанием государствами сво­боды использования космического пространства, позднее полу­чившей договорное закрепление).

Специфика международно-правового обычая заключается в том, что он не представляет собой, в отличие от договора, офи­циального документа с явно выраженными формулировками правил, однако это ни в коей мере не свидетельствует о «при­зрачности» обычая. Он фиксируется во внешнеполитических документах государств, в правительственных заявлениях, в ди­пломатической переписке, обретая зримые очертания, хотя и не столь формализованные, как в договоре, ввиду чего уясне­ние его содержания является более сложным и противоречи­вым.

Международное право не дает оснований для предположе­ния о различной юридической силе обычая и договора в пользу договора. Договор и обычай в равной мере обязательны для тех

1 Если быть предельно точным, то следует иметь в виду и те догово­ры России, заключенные царским правительством и в порядке право­преемства воспринятые советским правительством, которые сохраня­ют юридическую силу и регулирующее значение.

государств (субъектов вообще), на которые они распространя­ются.

Поскольку при переходе от обычая к договору новый ис­точник заменяет прежний только для участвующих в договоре государств, типичны ситуации, когда по одному и тому же во­просу применяются одновременно оба источника — и между­народный договор, и международный обычай, но каждый при­менительно к «своей» группе государств. Например, правила, регламентирующие дипломатические иммунитеты, проистека­ют из Венской конвенции о дипломатических сношениях для участвующих в ней государств и из многовекового обычая для государств, не участвующих по каким-либо причинам в Кон­венции.

При этом во многих договорах формулируется положение о сохранении и дальнейшем применении обычаев по вопросам, не решенным в договорах. Так, в преамбуле Венской конвен­ции о дипломатических сношениях подтверждается, что «нор­мы международного обычного права будут продолжать регули­ровать вопросы, прямо не предусмотренные положениями на­стоящей Конвенции».

При сопоставлении договора и обычая как источников меж­дународного права следует иметь в виду, что договор концен­трирует определенную совокупность тематически однородных норм, а обычай — это почти всегда одна норма, вследствие чего понятия обычая как нормы и обычая как источника права пе­реплетаются.

§ 4. Акты международных конференций

Международные (межгосударственные) конференции завер­шаются, как правило, принятием итоговых документов, юриди­ческая природа которых различна.

1. Конференция, созванная специально для разработки меж­дународного договора, завершается одобрением резолюции (иного акта) о принятии договора и открытии его для подписа­ния государствами. В этом случае резолюция имеет лишь разо­вое, процедурное значение, а источником становится договор как результат действий государств по его подписанию, ратифи­кации, введению в действие. Так, Конференция ООН в Сан-Франциско в апреле—июне 1945 г. завершилась принятием Уста-

116

^ Глава 5. Источники международного права

ва ООН, здесь же подписанного представителями государств, за­тем ратифицированного и вступившего в силу. Третья Конфе­ренция ООН по морскому праву (1973—1982 гг.) завершилась 10 декабря 1982 г. принятием Заключительного акта Конферен­ции и принятием Конвенции по морскому праву, сразу же от­крытой для подписания. На дипломатической конференции пол­номочных представителей ООН по учреждению Международно­го уголовного суда 17 июля 1998 г. был принят и открыт для подписания Римский статут Международного уголовного суда.

2. Если конференция посвящается проверке состояния вы­полнения уже действующего многостороннего договора, то ее задача ограничивается заслушиванием информации, контроль­ными функциями, формулированием рекомендаций государст­вам. Например, с целью оценки результатов действия Договора о нераспространении ядерного оружия подобные конференции государств-участников проводятся каждые пять лет.

3. Конференция посвящается рассмотрению и решению но­вых проблем и завершается принятием итогового документа с разноплановым содержанием. Это и общий обзор ситуации, и рекомендации государствам-участникам, и разработка новых правил деятельности и взаимоотношений государств.

Потсдамская (Берлинская) конференция руководителей трех государств — СССР, США и Великобритании, состоявшаяся 17 июля — 2 августа 1945 г., завершилась подписанием двух до­кументов — Протокола и Сообщения о конференции. В Прото­коле были зафиксированы предписания относительно обраще­ния с Германией, территориальных вопросов, ответственности главных военных преступников. Нормативный и юридически обязательный характер этого итогового документа не вызывал сомнений.

Принятый тридцать лет спустя, 1 августа 1975 г., Заключи­тельный акт СБСЕ совмещал рекомендации по вопросам эко­номического, научно-технического и гуманитарного сотрудни­чества и нормативные положения о принципах, которыми госу­дарства-участники будут руководствоваться во взаимных отношениях, и о мерах укрепления доверия (предварительное уведомление о крупных военных учениях и т. д.). Характери­стика мер укрепления доверия в этом акте, а затем в итоговом документе Стокгольмской конференции от 19 сентября 1986 г. может расцениваться как совмещение политических и юриди­ческих обязательств. Юридический аспект обязательств выра-

§ 4. Акты международных конференций

117

жается в следующем: во-первых, они связаны с регулированием отношений между государствами — участниками СБСЕ; во-вторых, имеют общий характер и должны реализовываться во всех предусмотренных случаях; в-третьих, используемые фор­мулировки имеют форму долженствования («государства долж­ны...», «будут предоставлять...», «будут обеспечивать...»); в-чет­вертых, предусмотрены меры контроля за соблюдением согла­сованных мер, инспекции. Меры доверия — это новые правила межгосударственного сотрудничества.

Неоднократные ссылки в последующих договорах на Заклю­чительный акт и на другие документы СБСЕ сформулированы так, что не оставляют сомнений в признании их юридической силы и нормативности, а это — свидетельство статуса этих ак­тов как источников международного права.

И сам процесс преобразования СБСЕ в ОБСЕ юридически был регламентирован актами самого СБСЕ — Парижской хар­тией 1990 г., Хельсинкским документом 1992 г., Будапештски­ми решениями 1994 г.

Принятая в данном учебнике оценка актов СБСЕ имеет дис­куссионный характер. В литературе распространена и иная точ­ка зрения, не признающая за актами СБСЕ качеств источника международного права. Один из весомых аргументов — форму­лировки самих отдельных актов СБСЕ. Например, в Документе Стокгольмской конференции 1986 г. было сказано, что приня­тые в нем меры являются «политически обязательными». В принятый на Будапештской конференции в декабре 1994 г. Кодекс поведения, касающийся военно-политических аспектов безопасности, включены слова, что закрепленные в Кодексе положения «носят политически обязательный характер».

С такой характеристикой связано заявление о том, что дан­ный документ не подлежит регистрации согласно ст. 102 Устава ООН (эта процедура предусмотрена для международных догово­ров). Но речь и не идет о «тождестве» актов международной конференции и международных договоров. Что же касается те­зиса о политической обязательности, использованного лишь в отдельных актах, то его интерпретация не может игнорировать реальных юридических предписаний, нормативных формулиро­вок, содержащихся в указанных актах СБСЕ, как и в некоторых Других, а также не учитывать соотношения между этими актами и последующими международными договорами, последующей практикой государств.

^ 5 Me

ждународкое право

118

Глава 5. Источники международного права

§ 5. Акты международных организаций

Статус актов международных межправительственных орга­низаций определяется их уставами. В пределах своей компетен­ции органы этих организаций принимают, как правило, акты-рекомендации либо акты правоприменительного характера. Так, согласно ст. 10, 11, 13 Устава ООН Генеральная Ассамблея уполномочена «делать рекомендации», а согласно ст. 25 члены ООН подчиняются решениям Совета Безопасности, но сами эти решения связаны с его правоприменительной деятельно­стью.

Сама по себе международная организация не вправе пре­вращаться в международного «законодателя». Вместе с тем го­сударства — члены организации могут использовать организа­цию для нормотворческой деятельности. На сессиях Генераль­ной Ассамблеи ООН принимаются резолюции, фиксирующие одобрение от имени Организации разработанных в ее рамках международных договоров. Так было в отношении Договора о нераспространении ядерного оружия (1968 г.), Конвенции о международной ответственности за ущерб, причиненный кос­мическими объектами (1971 г.), Международных пактов о пра­вах человека (1966 г.), Международной конвенции о борьбе с захватом заложников (1979 г.) и других актов. В этих случаях текст договора публикуется в документах ООН в виде прило­жения к резолюции Генеральной Ассамблеи. Но именно дого­вор (после его подписания государствами и вступления в си­лу), а не резолюция, приобретает значение источника между­народного права. Аналогичный метод применяется и в других международных организациях универсального характера. Не­сколько примеров: в рамках Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) были приняты тексты Конвенции об оперативном оповещении о ядерной аварии и Конвенции о помощи в случае ядерной аварии или радиационной аварий­ной ситуации (1986 г.), в рамках МОТ — текст Конвенции о племенных и ведущих коренной образ жизни народах в неза­висимых странах (1989 г.), в рамках ООН по вопросам образо­вания, науки и культуры — Конвенция о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности (1970 г.). Вместе с тем выделяются своей особой юридической значимостью те акты международных организаций, которым

§ 5. Акты международных организаций

119

самими государствами-членами придается нормативный харак­тер. Такие резолюции принимаются главными (высшими) ор­ганами организаций в соответствии с их функциями в тех слу­чаях, когда эффективное осуществление этих функций невоз­можно без создания новых форм международного права и, следовательно, придания резолюциям статуса источников меж­дународного права.

Можно считать общепризнанной обязательную юридиче­скую силу норм Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 1514 (XV) от 14 декабря 1960 г. «Декларация о предоставлении неза­висимости колониальным странам и народам». Этот акт не ог­раничивался подтверждением или толкованием действовавших в то время международно-правовых норм, а в соответствии с целями и принципами Устава ООН установил новые импера­тивные нормы относительно полного запрещения колониализ­ма и обязанности немедленного предоставления независимости народам колоний. Это означало новое, по сравнению с гл. XI— XIII Устава ООН, решение вопросов, затрагивающих статус не­самоуправляющихся территорий и международной системы опеки. Примечательно, что в последующих документах ООН и в актах нашего государства ссылки на положения Декларации равнозначны по юридической характеристике ссылкам на меж­дународные договоры.

Спорной считается в науке оценка Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2625 (XXV) от 24 октября 1970 г. «Декларация о принципах международного права, касающихся дружествен­ных отношений и сотрудничества между государствами в соот­ветствии с Уставом Организации Объединенных Наций». Суж­дение о том, что роль Декларации сводится к толкованию уже закрепленных в Уставе ООН принципов, вызывает возражение, поскольку в Декларации осуществлена конкретизация принци­пов Устава, сформулированы права и обязанности государств согласно каждому принципу. Такая конкретизация есть не что иное, как нормотворчество. Соответственно акт кодификации и конкретизации основных принципов есть по сути своей нор­мативный акт, т. е. источник международного права.

Своеобразна нормотворческая роль Генеральной Ассамблеи ООН в принятии поправок к Уставу ООН и к Статуту Между­народного Суда ООН. Согласно ст. 108 Устава и ст. 69 Статута поправки принимаются Генеральной Ассамблеей и ратифици­руются государствами — членами ООН. В практике деятельно-

120

^ Глава 5. Источники международного права

сти ООН такие резолюции, касавшиеся ст. 23, 27, 61, 109 и имевшие нормативный характер, принимались трижды — в 1963, 1965 и 1971 гг.

Недавно в нормотворческую деятельность включился и Со­вет Безопасности ООН, решения которого до сих пор ограни­чивались правоприменением. Значение источника международ­ного права имеет утвержденный его резолюцией 827 от 25 мая 1993 г. Устав (Статут) Международного трибунала с целью су­дебного преследования лиц, ответственных за серьезные нару­шения международного гуманитарного права на территории бывшей Югославии.

Относительно деятельности некоторых других международ­ных организаций можно констатировать принятие ими адми­нистративно -регламентационных актов типа стандартов Меж­дународной организации гражданской авиации (ИКАО), сани­тарных правил ВОЗ, правил МАГАТЭ по безопасному обращению с радиоактивными материалами. Возможность при­нятия правил в рамках Международного органа по морскому дну предусмотрена в Конвенции ООН по морскому праву (ст. 160, 162 и др.). При положительном отношении государств такие правила могут восприниматься как нормативные положе­ния.

В рамках ООН и других международных организаций дейст­вуют принимаемые их органами акты, относящиеся к их внут­ренней жизнедеятельности, но содержащие не только правила внутриорганизационного характера, но и нормы взаимоотно­шений организации (ее органов) и государств-членов (напри­мер, предписания резолюций Генеральной Ассамблеи о взносах государств-членов в бюджет ООН). Совокупность таких норма­тивных положений принято называть внутренним правом ООН либо внутренним правом какой-либо иной организации.

§ 6. Акты международных судебных органов

Анализ деятельности международных судебных органов по­казывает, что суды в качестве основания при вынесении ре­шения часто ссылаются на выводы, сформулированные ими в ранее принятых решениях. Это особенно характерно для Евро­пейского Суда по правам человека. Суда Европейских сооб­ществ, Экономического Суда СНГ и некоторых других. Причи-

§ 6. Акты международных судебных органов

121

на использования судебных решений в качестве прецедентов обусловлена отсутствием необходимых договорных и обычно-правовых норм, непосредственно регулирующих спорное пра­воотношение. В международном праве судебные решения, как правило, понимают как вспомогательное средство для опреде­ления правовых норм (п. 1 d ст. 38 Статута Международного Суда ООН).

Вспомогательный характер прецедентных решений обуслов­лен их юридической природой. В случае отсутствия необходи­мой нормы, на основании которой может быть разрешен спор, суд нередко обращается к общепризнанным принципам права либо к нормам общего характера и на их основе вырабатывает новое, конкретизирующее общую норму правило, применимое к сложившейся ситуации. Сформулированное таким образом положение (правовая позиция) не должно противоречить иным действующим нормам международного права. Однако следует отметить, что данное правило будет являться самостоятельной нормой лишь в случае, если содержит в себе положения, кото­рые развивают, конкретизируют предписания, содержащиеся в самом принципе или норме.

Правовая позиция, являясь частью судебного решения, обя­зательна прежде всего для сторон — участников спора в силу соглашения о признании юрисдикции суда. Однако ею оказы­вается связан и суд, непосредственно создавший норму, кото­рый в данной ситуации выступает как специальный междуна­родный орган и самостоятельный субъект международного пра­ва. В этом заключается двойственность юридического характера правовых позиций. С одной стороны, они выступают как пар­тикулярные нормы, на основании которых разрешен спор меж­ду сторонами. С другой — суд при рассмотрении аналогичного спора с участием иных сторон не может игнорировать установ­ленную ранее и зафиксированную в решении конкретизирую­щую норму и должен ее применить. В противном случае нару­шался бы принцип справедливости, являющийся общепри­знанным в любой правовой системе.

Наряду с правовыми позициями, имеющими общий харак­тер, международные суды своими решениями могут создавать еще одну категорию норм, встречающихся в решениях по тер­риториальным спорам. Данные споры рассматриваются судеб­ным органом, как правило, с согласия спорящих сторон, в силу чего вынесенные решения являются для них обязатель-

122

^ Глава 5. Источники международного права

§ 6. Акты международных судебных органов

123
ными. Так, например, решением от 22 декабря 1986 г. Меж­дународный Суд ООН определил линию границы между госу­дарствами Буркина-Фасо и Мали. Возникает вопрос, в чем различие между договорными нормами, устанавливающими линию границы, и данным решением? По-видимому, лишь в механизме их создания. Правовые же последствия принятия этих актов идентичны.

Для международного права, в отличие от права внутригосу­дарственного, характерно обилие двусторонних норм. При этом общеобязательность такой нормы заключается не в неограни­ченном круге субъектов, которым она адресована, а в возмож­ности ее неоднократного применения. Юридическая сила су­дебного решения по вышеупомянутому спору аналогична силе международного договора. Иными словами, можно сказать, что Суд создал двустороннюю норму, регулирующую отношения между сопредельными государствами, так как решение не толь­ко разрешает существующий спор, но и будет в последующем регламентировать отношения между государствами по данному вопросу. Следовательно, судебное решение в определенных случаях может одновременно выступать и как юридический факт, и как норма права.

В отличие от Международного Суда ООН возможность при­нятия нормативных (прецедентных) решений такими междуна­родными судебными органами, как Суд Европейских сооб­ществ, Европейский Суд по правам человека, Экономический суд СНГ, является фактом общепризнанным. Анализ практиче­ской деятельности этих судов со всей очевидностью подтвер­ждает данный вывод. Более того, прецедентный характер реше­ний Экономического суда СНГ подтвержден нормативными актами, непосредственно регламентирующими деятельность данного судебного органа. Так, согласно п. 29 Регламента Эко­номического суда СНГ, утвержденного постановлением Плену­ма Суда от 10 июля 1997 г., Суд рассматривает дела и разрешает споры на основе норм материального права, применяя наряду с актами органов и институтов Содружества, международными договорами, обычаями, общепризнанными принципами между­народного права, общими принципами права, признанными в государствах — участниках Содружества, и такие источники, как постановления Пленума и решения Суда, носящие преце­дентный характер.

Для более точного уяснения сущности создаваемых между­народными судебными органами норм необходимо четко отгра­ничить их от иных норм международного права. Противники признания международного судебного прецедента в качестве источника права нередко искажают его юридическую природу. Не отрицая самого факта закрепления судом в своих решениях новых правовых положений, они считают их либо обычно-пра­вовыми нормами, либо связывают их с доктриной. Действи­тельно, Суд вправе применять при рассмотрении дел обычные нормы, в связи с чем они находят отражение в его решениях. Однако смысл большинства высказываний по этой проблеме в отечественной литературе сводится к тому, что любые нормы недоговорного характера, содержащиеся в судебных решениях, имеют природу обычного права. Такой подход не соответствует сложившемуся в международном праве понятию обычая. Дей­ствия, составляющие практику, ведущую к образованию обыч­ного права, по мнению Международного Суда ООН, «должны быть таковыми или осуществляться таким образом, чтобы быть доказательством убеждения, что практика стала обязательной, в связи с существованием нормы права, требующей этого. Необ­ходимость такого убеждения, т. е. наличие субъективного эле­мента, подразумевается самим понятием opinio juris sive necessitatis. Соответствующие государства должны, следователь­но, чувствовать, что они выполняют правовую обязанность. Частота или даже обычный характер действий недостаточны са­ми по себе»1.

Влияние Суда на процесс становления обычая заключается в том, что, применяя обычай при разрешении спора, Суд лишь авторитетно подтверждает факт его существования. При этом судебное решение не выступает в качестве источника нормы обычного права. Суд не может сформировать обычай в силу особенностей его юридической природы. Данное правило пове­дения складывается непосредственно в процессе взаимоотно­шений государств и признается ими в качестве юридически обязательного. Суд не вправе выступать и в качестве первоот­крывателя нормы, созданной не самим Судом, а иными субъек­тами права.

Напротив, в основе международного судебного прецедента лежит прежде всего не практика государств, а коллективное ре-

1 I. С. J. Reports. 1969. Р. 44.

124

^ Глава 5. Источники международного права

шение судей. Поэтому в отношении судебных решений, содер­жащих положения, конкретизирующие ту или иную норму ме­ждународного права либо восполняющие пробел в праве, нель­зя применить определение обычая, данное в ст. 38 Статута.

Нельзя поставить знак равенства и между судебным преце­дентом и доктриной. Под доктриной в международном праве понимается система взглядов и концепций, изложенная в науч­ных трудах юристов-международников. Суд является междуна­родным органом, созданным государствами и наделенным ими определенной компетенцией. Поэтому решение Суда является решением международного органа, а не отдельных индиви­дов — специалистов в области права. Государства исполняют решение этого органа. Мнение каких бы то ни было специали­стов, не обладающих специальной правоспособностью, не мо­жет быть юридически обязательным для государств. В против­ном случае можно было бы говорить о том, что международный договор заключается не государствами, а государственными чи­новниками и отражает их мнение по регулируемому вопросу.

Таким образом, можно сделать вывод о самостоятельной ро­ли судебного решения как источника международного права, имеющего особую юридическую природу. Анализ норм, зафик­сированных в прецедентных решениях международных судеб­ных органов, позволяет выделить эти особенности.

Во-первых, прецедентные нормы в международном праве всегда принимаются в развитие каких-либо действующих норм: договорных, обычных либо норм-принципов. Из этого следует, что прецедентные нормы по отношению к названным между­народно-правовым нормам выступают в качестве производных. Данная особенность выражается в том, что их действие непо­средственно связано с действием «основной» нормы, послу­жившей исходным материалом для их создания. Поэтому изме­нение или отмена, к примеру, какого-либо положения догово­ра, на основании которого был создан прецедент, влечет за собой прекращение действия прецедентной нормы. В этом ас­пекте международный судебный прецедент можно сравнить с подзаконным актом во внутригосударственном праве.

Во-вторых, действие прецедента распространяется в отноше­нии только тех государств, которые связаны «основной» нормой.

В-третьих, суд, создавший прецедент, вправе его отменить либо изменить как «устаревший», не отвечающий новым усло­виям жизни общества.

Литература

125

Литература

Данилвнко Г. М. Соотношение и взаимодействие междуна­родного договора и международного обычая // Советский еже­годник международного права. 1983. М., 1985; Советский еже­годник международного права. 1984. М., 1986.

Игнатенко Г. В. Заключительный акт общеевропейского Со­вещания в Хельсинки // Правоведение. 1976. № 3.

Игнатенко Г. В., Малшин С. А. Новые тенденции в междуна­родном нормотворчестве // Советский ежегодник международ­ного права. 1986. М., 1987.

Кучин М. В. Нормотворческая деятельность судебных орга­нов Российской Федерации и судебный прецедент // Право и политика. 2000. № 5.

Кучин М. В. Международный судебный прецедент как источ­ник международного права // Международное право. 2001. № 1.

Лукашук И. И. Источники международного права. Киев, 1966.

Малинин С. А. О правотворческой деятельности межгосудар­ственных организаций // Советский ежегодник международно­го права. 1971. М., 1973.

Тункин Г. И. Теория международного права. М., 1970.

Филимонова М. В. Источники современного международного права. М., 1987.

Шуршалов В. М. Основные вопросы теории международного договора. М., 1959.

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   61

Похожие:

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconСедугин П. И. Жилищное право: Учебник для вузов. С28 2-е изд., перераб и доп
Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности "Юриспруденция"

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconУчебник допущено Министерством образования Российской Федерации в...
Учебник предназначен для студентов, магистрантов, аспирантов, изучающих политические и психологические науки

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconН. Ф. Самсонова Рекомендовано Министерством общего и профессионального...
Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconРекомендовано министерством общего и профессионального образования...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconПрикладная психология
Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconУчебное пособие для вузов
Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconСоциология
Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconН. А. Воронков Основы общей экологии
Рекомендовано Министерством образования Российской Федера­ции в качестве учебника для студентов высших учебных заведений

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconОсновы социологии
...

Учебник для вузов Рекомендовано Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности и направлению «Юриспруденция» iconУчебное пособие для вузов
Рекомендовано Советом по психологии умо по классическому университетскому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.vbibl.ru
Главная страница