Учебное пособие для вузов




НазваниеУчебное пособие для вузов
страница9/35
Дата публикации20.03.2013
Размер4.67 Mb.
ТипУчебное пособие
www.vbibl.ru > Психология > Учебное пособие
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35
ЧАСТЬ 2

Система межличностных отношений подростков в закрытых образовательных учреждениях разного типа
Вряд ли требует специальных доказательств тот факт, что проблема групповой дифференциации, а конкретнее — группового структурирования, традиционно выступает как одна из центральных в социальной психологии. В то же время, несмотря на разнообразие данных (часто вступающих в противоречие друг с другом) и использованных для их получения методических средств, большинство работ, специально посвященных или в связи с целями исследования затрагивающих вопрос группового структурирования, объединены традиционной теоретической конструкцией, в силу которой внутригрупповая структура рассматривается с точки зрения ее «формальности» или «неформальности».

При этом психологические понятия «формальная» и «неформальная» групповая структура практически не пересекаются с общепринятыми в социологии понятиями «формальная» и «неформальная» группы. Последние, по сути дела, являются синонимами традиционно употребляемых в психологической литературе терминов «лабораторная» и «реальная» группа1, в то время как обозначение «формальная» по отношению к групповой структуре определяет ее официально фиксированный, заданный характер, подчеркивает закрепление определенной иерархии извне, санкционирование подобного соподчинения со стороны социального окружения группы. Неформальная же структура выступает как результат реальных взаимоотношений членов группы, складывающихся в реальной же жизнедеятельности последней. Чаще всего под соотношением этих структур понимается соотношение функциональной структуры групповой деятельности и эмоциональной структуры группы, структуры межличностных отношений2.

Несмотря на то, что некоторые авторы пытаются осмыслить понятия «формальная» - «официальная», «неформальная» - «неофициальная» структуры группы как неидентичные3, их аргументация не позволяет все же рассматривать такое противопоставление как правомерное. Кроме того, в психологической литературе эти термины традиционно употребляются как синонимичные.

В отечественной социальной психологии и социологии термин «малая группа» трактуется как специфический элемент более широкого социального целого, при этом «причины возникновения малой группы лежат вне ее и вне индивидов, ее образующих, в более широкой социальной системе»4. Факт объективного существования социальных предпосылок формирования и функционирования реальных малых групп в определенном смысле предопределил появление еще одного взгляда на групповую структуру. Представление о группе как о структурно оформленном, функционирующем как социальное целое объекте привело к постановке вопроса о необходимости различения внешней и внутренней структуры1. Предлагаемый подход акцентирует внимание исследователей не на проблеме интрагрупповых структур, а скорее — на анализе тех связей социальной группы, которые характеризуют ее включенность в общество в целом и в известной степени детерминируют процесс становления и развития. Таким образом, собственно проблема интрагруппового структурирования оказывается только обозначенной и затронутой лишь постольку, поскольку речь идет о внутренней структуре. Под термином «внешняя структура», по существу, понимается не структура группы, а комплекс социально заданных причин ее формирования. Такой способ анализа, несомненно, продуктивный для понимания социальной природы групповых структур, не претендует на рассмотрение их реально существующего многообразия и соотнесенности.

Итак, легко заметить, что в основе всех указанных способов описания групповых структур лежит ярко выраженная дихотомия: неформальная-формальная, неофициальная-официальная, внутренняя-внешняя и т.п.

В свое время заметным шагом вперед в прояснении рассматриваемой проблемы стала изложенная Г. Гибшем и М. Форвергом схема понимания групповой структуры2. Обозначив место последней в ряду важнейших социально-психологических аспектов координации, авторы определили интрагрупповую структуру как «следствие координации» (в отличие от функции руководства — «инстанция координации» и коммуникации — «средство координации») и описали три возможные формы, в которых проявляется это «следствие» — структура для решения задачи, ранговая структура и структура ролей.

Первая из них объективно задана той деятельностью, которую реализует конкретная группа. Именно внешняя, объективная заданность определяет деперсонифицированный характер групповой структуры для решения задачи. В этом плане она достаточно близка к одному из пониманий «формальной» структуры, предложенных Н. Луманом, — запланированной координации действий3.

Ранговая структура понимается как организация группы, «которая образуется в соответствии с распределением оценок с точки зрения решения задач»4. Подобная структура по самому своему определению отражает неравнозначность и возможность сравнительного («больше-меньше», «выше-ниже») соотнесения позиций членов группы по тому критерию, который является основанием данного варианта ранжирования. Одной из определяющих характеристик ранговой структуры, в отличие от структуры для решения задачи, является то, что это вид персонифицированной структуры. Обращаясь к проблеме интрагруппового структурирования, социальная психология акцентирует особое внимание именно на различных ранговых структурах. Достаточно сказать, что все многочисленные исследования межперсональных внутригрупповых предпочтений, выявляемых, например, традиционной социометрией или референтометрией, направлены, в конечном счете, на изучение именно ранговых структур. Статус в конкретных ранговых структурах, выступая в качестве «подвида» социального статуса, получает как бы уточняющее определение: если социальный статус интерпретируется в терминах определенного положения в некоторой социальной системе, то статус в рамках ранговой структуры может быть определен как позиция, соотносимая по «вертикали» со всеми другими позициями в этой же (и только в этой) структуре.

Что касается структуры ролей, то она расценивается как наиболее сложная, представляющая собой некоторую «интеграцию» двух указанных выше групповых структур, но не сводимая к их простой сумме. Необходимо отметить, что ролевая структура деперсонифицирована.

Рассуждения о ролевой структуре как об определенной «интеграции» двух остальных форм представленности «следствий координации», кроме характеристики собственно этого вида групповой структуры, безусловно, затрагивают и вопрос о соотнесенности различных видов интрагрупповых структур в реальной группе. Заметим, что попытки в рамках упомянутого выше «дихотомического» подхода решить вопрос об оптимальном соотношении интрагрупповых структур сталкиваются с определенными сложностями, а выводы отличаются достаточной противоречивостью. Так, например, А. С. Морозов1, на основе специального анализа значительного объема литературы пришел к выводу о наличии прямых противоречий в ответах различных авторов на вопрос: «необходимо ли совпадение позиций лидера и руководителя в одном лице для эффективного решения групповых задач?»*.

Что касается вопроса о соотнесенности групповой структуры для решения задачи, структуры ролей и ранговой структуры, то его рассмотрение может оказаться значительно более продуктивным, если будет осуществлено в ходе сопоставления подходов к проблеме групповой дифференциации Г. Гибша и Ф. Форверга, с одной стороны, и Г.М. Андреевой, с другой. Здесь следует специально оговорить, что такой выбор продиктован, в частности, и принципиальной сравнимостью теоретических позиций этих авторов.

Совершенно очевидно, что структура для решения задачи по своим содержательным характеристикам близка функциональной структуре групповой деятельности, а структура межличностных отношений, или эмоциональная структура (Г.М. Андреева), полностью «покрывает» ранговую структуру. Что касается структуры ролей (третий вид внутригруппового структурирования по Г. Гибшу и М. Форвергу), то, на первый взгляд, она не только не находит соответствующего аналога в схеме, выдвинутой Г.М. Андреевой, но и психологическая реальность, за ней стоящая, как бы выпадает из области анализа. Но при более внимательном и детальном рассмотрении подобный вывод оказывается принципиально неверным.

Определяя понятие «социальная роль» и уделяя особое внимание такой его сущностной характеристике, как бивалентность, Г. Гибш и М. Форверг отмечают, что эта двойная ориентация (относительно задачи и свойств статуса) проявляется и на уровне структуры «в форме структуры для решения задачи и структуры рангов»1. Следует подчеркнуть, что, хотя структура для решения задачи и структура рангов близки соответственно функциональной структуре групповой деятельности и структуре межличностных отношений, интерпретировать эту близость как тождественность не представляется возможным. Обусловлено это, в первую очередь тем, что собственно психологическая реальность, определяемая Г.М. Андреевой в терминах функциональной и эмоциональной групповой структуры, казывается значительно шире, чем явления, описываемые Г. Гибшем и М. Форвергом как групповая структура для решения задачи и структура рангов.

Очевидно, что двухвидовая схема групповой дифференциации Г.М. Андреевой соответствует в целом трехвидовой схеме Г. Гибша и М. Форверга. Практически структура ролей хоть и не выделяется как отдельная, но подвергается анализу в рамках «функционально-эмоционального» подхода к пониманию группового структурирования.

Структура межличностных отношений может быть условно названа структурой статусов, но видение статуса в этом случае будет значительно шире понятия «статус» в ранговой структуре. Лишь постольку, поскольку под статусом понимается элемент структуры межличностных отношений, выявляемой референтометрической или социометрической методикой, речь идет о структуре рангов. В то же время групповая структура межличностных отношений включает и принципиально иной тип структур, а именно, представляющих собой дискретный набор определенных позиций. Так как статус и позиция, как правило, трактуются в качестве синонимов2, такая структура так же, как и ранговая, может быть названа структурой статусов. Но в отличие от ранговой структуры, которая представляет собой упорядочение группы по определенному основанию (что и позволяет выявить количественную соотнесенность положения каждого с положением других по данному признаку), под групповой структурой как дискретным набором определенных позиций понимается совокупность качественно различных точек. При этом каждая такая точка (позиция) в определенном смысле единственна в группе и потому не может служить основанием для ранжирования (например, в семье — отец, мать, ребенок, бабушка, дедушка).

При этом Г.М. Андреева отмечает, что каждой позиции в такой структуре соответствует определенный набор функций, являющийся характеристикой роли. Таким образом, рассмотрение групповой структуры межличностных отношений означает распространение анализа и на область, описываемую в модели Г. Гибша и М. Форверга в терминах структуры ролей.

Аналогичная картина вырисовывается и при сопоставлении групповой структуры для решения задачи и функциональной структуры групповой деятельности. Тот факт, что анализ структуры групповой деятельности как необходимый момент «включает в себя анализ функций каждого члена группы в их совместной деятельности»1, не оставляет сомнений в том, что объектом анализа становится не только групповая структура для решения задачи, но и оставшийся «неохваченным» структурой межличностных отношения аспект структуры ролей.

Понятно, что круг вопросов, рассмотрению которых посвящено, в конечном счете, данное учебное пособие, требует обратить особое внимание на структуру рангов. В то же время все вышеизложенное недвусмысленно показывает, что разведение типов интрагрупповых структур, возможное при построении той или иной теоретической схемы, оказывается, по меньше мере, условным при анализе реального процесса групповой дифференциации. Учет взаимовлияния и взаимосвязи различных видов интрагрупповых структур оказывается возможным при рассмотрении этого вопроса с позиций теории деятельностного опосредствования межличностных отношений в группе.

Подчеркивая, что критерии различения, которые могут быть «заложены» исследователем в анализ, крайне многообразны, а следовательно, и количество групповых структур рангов как результатов такого анализа практически не ограничено, А.С. Морозов2 вводит понятие универсально значимых структур, т.е. структур, имеющих важнейшее значение для любых групп вне зависимости от характера реализуемой ими деятельности. По сути дела, речь идет об итрагрупповом структурировании в сфере универсально значимых отношений между людьми. Примером таких интагрупповых структур могут служить, в первую очередь, структуры, отражающие интрагрупповой «расклад» в сфере аттракции, референтности (авторитетности) и власти.

Здесь следует отметить, что групповая деятельность не влияет лишь на значимость таких структур, а сами структуры и тип их построения (как отражение определенных сфер межличностных отношений) в той или иной мере (в зависимости от степени деятельностного опосредствования межличностных отношений в данной группе), несомненно, детерминированы этой групповой деятельностью. При этом для психологически развитых (или в коллективистическом, или в корпоративном плане) групп значимой статусной структурой может выступить лишь та, которая имеет своим основанием деятельностно значимый признак. В то же время наиболее значимая для данной группы статусная структура не может рассматриваться как полностью автономная. Вклады в нее могут осуществляться и реально осуществляются со стороны любых других ранговых структур.

Одним из важнейших каналов, по которым осуществляется взаимовлияние различных ранговых структур, является механизм переноса. Как известно, группа вырабатывает шаблоны оценок не для всех сфер групповой активности, а лишь для некоторых наиболее важных. Дефицит же «покрывается» за счет перенесения готовых шаблонов на менее значимые, «второстепенные» сферы жизнедеятельности общности. Таким образом, иерархизация различных сфер жизнедеятельности группы порождает определенное дублирование выработанных в области основной активности шаблонов оценок в менее важных сферах. Другими словами, механизм переноса в известном смысле служит унификации различных ранговых структур в группе.

В рамках теории деятельностного опосредствования межличностных отношений предложена модель групповой дифференциации, описанная в терминах «моно - и полиструктурирования».

Согласно данной модели моноструктурированной может быть названа группа, структурирование которой во всех сферах ее жизнедеятельности оказывается единообразным. В противоположность моноструктурированной группе в высокой степени полиструктурированную отличает наличие большого числа различающихся между собой значимых ранговых структур, каждая из которых отражает иерархию статусов в отдельной сфере групповой жизнедеятельности. Если моноструктура рисует картину неизменности статусного иерархизирования во всех сферах групповой активности и отражает закрепление низкого статуса всегда за одними и теми же членами группы, а высокого всегда за другими, то полиструктура наоборот, предполагает, что практически каждый без исключения член групп занимает достаточно высокое место хотя бы в одной из ранговых структур, т.е. играет заметную роль в какой-то из областей многоплановой групповой деятельности.

Итак, опять дихотомия — «моноструктура» или «полиструктура». Возникает вопрос: «Какой же из этих двух типов структурирования можно оценить как оптимальный?», Однозначно ответить на него не представляется возможным, так как «всегда нечто бывает оптимально для чего-то определенного: для успешной реализации группой таких-то и таких-то целей, для соответствия определенным нормам, требованиям, для возможностей приспособления к определенным условиям и т.д.»1.

Если рассматривать преимущества моно - и полиструктурирования в плане решения групповой задачи, то предварительно необходимо оговорить, групповая деятельность какого характера имеется в виду. В случае, когда группа характеризуется высокоструктурированной «монодеятельностью», моноструктура межличностных отношений несет в себе некоторые преимущества, так как, будучи «напрямую» связана со структурой групповой деятельности, позволяет быстро и эффективно решать поставленные задачи. Соответственно для групп, перед которыми поставлены разнообразные и при этом примерно равнозначные задачи, более благоприятно полиструктурирование.

Если же рассматривать преимущества моно- и полиструктурирования в плане оптимизации межличностных отношений и социально-психологического климата в сообществе, то здесь полиструктура оказывается более гибкой позволяя большому числу членов группы занять благоприятное положение и, в конечном счете, состояться как личность. В таких группах «появляется согласие в распределении и разделении функций, бесконфликтность в отношении к роли и месту каждого»2.

В то же время нельзя не согласиться и с тем, что оба типа структурирования несут в себе определенные дезорганизующие тенденции, хотя последние и различны по своему характеру. Моноструктурирование, порождая жесткое разделение на низко- и высокостатусных ведет к поляризации и фактическому «разрыву» группы. Полиструктурирование порождает иную форму внутригруппового разобщения, связанного с выделением относительно автономных «специалистов» в каждой сфере групповой активности. Понятно, что абсолютно моноструктурированных так же, как и полиструктированных, групп в реальности попросту не существует. Если все же попытаться представить себе подобные «сообщества», то придется признать, что такие группы в известном смысле уже не могли бы интерпретироваться как единое целое. В схеме же, предложенной А.С. Морозовым, эти позиции заданы как точки отсчета, как противоположные полюса, ограничивающие тот условный континуум, в котором могут быть размещены реальные группы в зависимости от степени их приближенности к какому-либо из двух «абсолютов».

Итак, особенности интрагруппового структурирования, а конкретнее — тенденция к складыванию внутригрупповой моноструктуры, это и есть прежде всего тот фактор, который характеризует межличностные отношения в сообществах, функционирующих в условиях относительной изоляции. Другими словами, существует прямая зависимость между степенью закрытости группы и жесткостью статусной иерархии, определяющей жизнедеятельность ее членов. Прежде всего на это указывает материал, наработанный в рамках школы «групповой динамики» и направленный на прояснение роли групповых границ в организации жизнедеятельности реально функционирующих сообществ (К. Левин, Р. Зиллер, Р. Кан, Д. Кац и др.). Именно их жесткость, ригидность, непроницаемость рассматриваются в этих исследованиях как один из решающих факторов, существенно влияющих на интенсификацию процесса интрагруппового структурирования и задающих тип внутригрупповой структуры. При этом однозначно подчеркивается, что «чем в большей степени организация отделяется от окружающей среды, тем более вероятно развитие в ней дифференцированной структуры»1.По сути дела, такое углубленное дифференцирование закономерно задается самими условиями существования закрытых сообществ, во-первых, стоящих перед необходимостью решать все возникающие проблемы только своими силами, а во-вторых, лишенных возможности «сбросить» во вне накапливаемый негативный отношенческий «заряд». Наряду с повышенной насыщенностью эмоциональных (особенно негативно окрашенных) контактов в таких группах, их внутренней конфликтностью, как правило, неблагоприятным, напряженным социально-психологическим климатом, исследователи отмечают еще и такую дезинтеграционную тенденцию их развития, как избыточную, разрушительную для единства любого сообщества внутригрупповую статусную поляризацию, бурное формирование обособленных, нередко противоборствующих подгрупп. Аналогичные результаты получены и отечественными авторами, изучавшими особенности взаимодействия и общения членов относительно изолированных групп2.

Все вышеизложенное позволяет считать, что мера выраженности моноструктуры и жесткость статусной иерархии в группах воспитанников закрытых учреждений для подростков может находиться в прямой зависимости от степени закрытости подобных сообществ.

Рассмотрим последовательно специфику отношений значимости (а по сути, особенности социальной ситуации развития личности подростка — воспитанника закрытого образовательного учреждения) в сообществах несовершеннолетних правонарушителей в условиях принудительной изоляции, воспитанников детских домов и школ-интернатов для реальных и «социальных» сирот, учащихся школ-интернатов профессионально-специализированного профиля, не забывая при этом, что в условном континууме «закрытая группа — открытая группа» данные подростковые общности располагаются именно в названном порядке.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   35

Похожие:

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие для вузов под ред. В. М. Мапельман и Е. М. Пенькова...
Учебное пособие предназначено для студентов вузов и всех интере­сующихся философской проблематикой

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие для модульно-рейтинговой технологии обучения
Учебное пособие предназначено для преподавателей и студентов технических и химико-технологических вузов

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие для студентов вузов и практических работников. М: Тц «Сфера»
Технологии практического психолога образования: Учебное пособие для студентов вузов и практических работников. — М: тц «Сфера», 2000....

Учебное пособие для вузов iconОсновы управленческой деятельности учебное пособие Москва
Учебное пособие рассчитано на студентов технических вузов, обучающихся по специальностям направления «Информационная безопасность»,...

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие допущено Министерством образования Российской Федерации...
Социальная психология малой группы: Учебное пособие для вузов. — М.: Аспект Пресс, 2001.— 318 с. ІзхШ 5-7567-0159-1

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие Курс лекций Для студентов высших учебных заведений...
Учебное пособие предназначено для студентов вузов, но может быть полезно и тем, кто самостоятельно изучает экономическую теорию

Учебное пособие для вузов iconПрактикум л. И. Губарева о. М. Мизирева т. М. Чурилова экология человека...
Учебное пособие предназначено для студентов высших учебных заведений, оно может быть использовано также преподавателями вузов, учителями...

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие для вузов
Учебное пособие предназначено для студентов высших учебных заведений, специализирующихся по психологии и социальной педагогике. В...

Учебное пособие для вузов iconУчебное пособие автор: панкин сергей фёдорович объем 38,54 А. Л....
Книга написана в соответствии с требованиями государственного стандарта высшего профессионального образования по специальности 022200...

Учебное пособие для вузов iconДля студентов вузов, изучающих историю, культурологию, по­литологию, философию и социологию
Социальная психология: Хрестоматия: Учебное пособие для студентов вузов/Сост. Е. П. Белинская, О. А. Тихомандрицкая. — М: Аспект...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
www.vbibl.ru
Главная страница